Перейти к содержимому


Фотография

Монголия охвачена золотой лихорадкой


  • Авторизуйтесь для ответа в теме
В этой теме нет ответов

#1 Alex

Alex

    ювелир профессионал

  • Пользователи
  • PipPipPipPipPipPipPip
  • 5 544 сообщений
  • Пол:Мужчина
  • Город:Новосибирск

Отправлено 12 Январь 2013 - 18:08

Сидя на корточках в мутной воде, Мунхбаяр осторожно потряхивает свое сито, перекатывая камушки и грязь от одного края к другому. «Смотрите, может быть, здесь спрятано будущее моих детей», — говорит она, копаясь в иле. Если ей повезет, она, в конце концов, наткнется на блестящую, на солнце драгоценную песчинку. Подцепив ее кончиком пальца, она вытащит свое сокровище, а потом положит его в колбу, в которых все старатели хранят свои богатства. У реки бушует золотая лихорадка. Как когда-то повозки эмигрантов Нового света, целые караваны старых советских «Нив», таща за собой гремящие прицепы, пробираются по дорогам, которые не найдешь на карте. В бесконечной, колышущейся на ветру степи авантюристы XXI века предпочитают жаркую юрту холщовым палаткам Дикого Запада. Как и их предшественники, они снимаются с места, как только слухи о чудесных находках поманят их к другим берегам.
По официальным данным, в Монголии насчитывается 30000 «самодеятельных шахтеров», по другим подсчетам их число достигает 100 000, это 4% населения страны. И эта цифра все время растет. Их чаще называют «черепашки ниндзя», потому что они проводят по 12 часов, согнувшись в три погибели, по колено в воде и, как панцирь, таскают на спине свои лотки из зеленого пластика. Они уже стали частью монгольского пейзажа, как верблюды, кашмирские козы или лошади.
Эти золотоискатели не гонятся за богатством, в большинстве своем они просто хотят улучшить свой быт. Зажатой между Россией и Китаем Монголии удалось после распада СССР осуществить мирный и невиданный доселе в прежде советской Азии переход к демократии. Без особых потрясений Монголия ввела у себя многопартийную систему и провозгласила свободу предпринимательства.
Но у каждой медали есть своя обратная сторона. Хорошие школы стали платными, здравоохранение — тоже, а пенсия, выплату которой раньше гарантировала Москва, стала совсем мизерной.
Через 15 лет политических и экономических реформ Монголия все еще не решила свою главную задачу: «проводить политику создания рабочих мест и гарантии регуляр­ных доходов для большинства населения», — говорит Саньясуренжен Оюн, вдохнови­тельница реформ и депутат Большого Хурала (монгольского парламента). После развала СССР в стране осталось около миллиона кочующих скотоводов и дорогостоящая армия чиновников. Первые — влачат жалкое существование в степях, которые в три раза больше Франции. Вторые — тоже пытаются как-то выжить и, в конце концов, оказыва­ются в рядах «черепашек ниндзя».
В глубине изуродованной экскаваторами долины Мунхбаяр моет золото в компании тех, кому реформы принесли одно разочарование: университетских профессоров, бухгалтеров, бывших рабочих, студентов, лишенных стипендии, безденежных пенсио­неров. «При коммунистах не было старателей», — уверяет нас Цемсурен, бывший милиционер, который продает инструмент «ниндзя» и покупает у них золото. «Их так много сейчас, потому что жизнь стала очень тяжелой».
Мунхбаяр, 32-летняя учительница, и ее муж — безработный врач, все подсчитали очень быстро. Работать в школе означало для нее погрязнуть в нищете, получая зарплату 25 евро в месяц и не имея никакой надежды выбраться из этой пропасти. Золото позволи­ло им в первый же месяц промывки заработать в 10 раз больше. Мунхбаяр ушла из системы министерства образования, чтобы ее дети могли учиться в единственной приличной школе, за которую нужно платить 300 евро в год.
С первой же оттепелью муж и жена, прихватив с собой лопаты и резиновые сапоги, приехали к брату Мунхбаяр, живущему в юрте на золотоносном участке Аранжен. «Здесь тяжело, но можно заработать себе на пропитание, и не только на него». Муж копает, Мунхба­яр промывает руду. Они останутся здесь до осени. Многие поселенцы уже провели здесь много суровых монго­льских зим, настолько морозных, что скот не выгоняют искать траву под коркой снега. На прилавке Цемсурена красуется 300-граммовый самородок, самая красивая находка последних дней. Его очистят и продадут за 2000 евро. Эти деньги при средней монгольской зарплате можно заработать за 5 лет. Золотоискателям советуют не болтать лишнего, чтобы избежать распространения слухов и нового наплыва старателей. Это опасное ремесло. Чтобы докопаться до самых богатых золотом слоев отходов, «черепашки ниндзя» роют колодцы и туннели в нестабильном наносном грунте. Осыпи случаются часто, на помощь прийти некому. Зимой, когда несчастных случаев становится еще больше, старатели роют свои галереи и жгут в них покрышки, чтобы размягчить замер­зшую землю. И, наконец, они травятся ртутью, которую часто используют, чтобы отделить золото от примесей.
Авантюристы по нужде, золотоискатели из Аранжена на самом деле ничего не ищут. Их месторождения — это золотонос­ные отходы, оставленные крупной добывающей компанией вдоль реки за последние 15 лет. Подбирая крошки за официаль­ными добытчиками, самодея­тельные старатели добывают около тонны в год, по другим источникам эта цифра доходит до 5-6 тонн. Надежной статистики
по этому поводу не существует. Их деятельность нелегальна, правительство их игнорирует, полиция преследует их и грозится прогнать. Но это отнюдь не мешает государству через свой Центробанк быть основным клиентом «черепашек ниндзя».

Изображение


Изображение


www.zolotodb.ru




Количество пользователей, читающих эту тему: 0

0 пользователей, 0 гостей, 0 анонимных

по всем вопросам: iz-zolota@yandex.ru